НАСТУПИЛ ЧАС «Х»

Россия и союзники не смогли предотвратить войну, которую президент Путин только что назвал ошибкой. Остается понять, какое место нам сейчас уготовлено, как это отразится на нашей жизни, что будет с экономикой. Ясно, что наша дипломатия не справилась с поставленной задачей. Что это за война? Это война за нефть или это война за мировое господство и как нам теперь себя вести?

— Вообще, если называть вещи своими именами, то это не ошибка. Это преступление, которое совершается США вопреки нормам международного права, вопреки интересам практически всей планеты. США ценой жизни тысяч людей, которые несомненно погибнут в этой войне, решают свои геополитические и экономические задачи. Среди них — урок устрашения миру. Чтобы мир понимал — там, где американскому капиталу кто-то угрожает, за него вступится военно-политическая машина. 

— Нефть нужна американцам?

— Американцам нужны управляемые цены на нефть. Необязательно низкие, как многие думают, они могут быть умеренно высокими, но они должны быть стабильными. Они хотят, чтобы цены на нефть были под их контролем. Во-вторых у американцев очень много финансово-экономических проблем. Для них сегодня принципиально важно заставить весь остальной мир продолжать работать в долларах. Доллар сегодня "перенакоплен" в мире, образовался колоссальный финансовый пузырь — избыточная долларовая масса. И если спрос на доллара начнет вдруг падать, если крупнейшие мировые игроки перейдут в другие мировые валюты, то американскую финансовую систему ждут дальнейшие серьезные потрясения.

undefined

— То есть война в экономическое спасение?

— Они уже потеряли около семи триллионов долларов на финансовых спекуляциях за последние четыре года на фондовом рынке. Этот финансовый кризис не закончился, следствием его становится ослабление доллара, его девальвация. И если спрос на доллары, как я уже сказал, будет снижаться в мире, а мировая экономика предъявляет большую часть спроса на американские доллары, нежели внутренняя экономика США , то... 

— То есть это война во спасение экономики?

— Эта война для того, чтобы во многом решить экономические задачи. Первая задача — заставить весь мир продолжать расчеты в долларах, торговля нефтью, кстати, идет в долларах. Это важнейший элемент спроса на доллар. Во-вторых, очень важен еще один, подспудный мотив, не уверен, насколько хорошо он осознается или нет, но существуют долгосрочные тенденции изменения цен на энергоносители. А сегодня американская экономика находится в определенном экономико-технологическом тупике. 

— Понял, хорошо. Боюсь, что сейчас будет глубокая экономическая тема.

— Есть избыток долларов, но нет спроса на кредиты, в том числе и внутри США. И необходимо дать толчок, чтобы спрос на кредиты произошел, для этого важно, кстати, не низкие цены на нефть иметь, а высокие — на короткое время с тем, чтобы вынудить корпорации начать брать кредиты на технологическое перевооружение и модернизацию экономики.

— То есть якобы тупость Буша, о которой так часто говорят, не обоснована. Наоборот есть свидетельства о том, что он неплохо экономически подкован.

— В своей речи, он, в частности, заявил, что нужно переходить на водород в качестве топлива.

— И собрался выделить полтора миллиарда на разработку. Спасибо, Сергей Юрьевич, так что будет с долларом и с нами?

— Это зависит от того, как мировое сообщество прореагирует на действия агрессора. Ведь в действительности эти действия носят ущерб не только нам, но и Европе, и Китаю и практически всем остальным ведущим игрокам в мире. Потому что американцы демонстрируют всей планете, что их интересы важнее интересов всего человечества. В том числе и интересы жизни тысяч людей, которые станут жертвами этой бойни. США ведь и дальше намерены миром управлять. Грубо, с помощью силы. К чему это приводит экономически? К тому, что мы не только теряем рынок Ирака, который просто грубо захватывается американскими компаниями, но, например, и семь миллиардов долларов, которые Ирак нам должен. 

— 12 лет. 

— Тем не менее, Ирак заявлял готовность платить, как только будут сняты санкции Совбеза.

Однако "Лукойл" с рынка выгнал.

— Пустил другие компании...

— Но не наши...

— Иракцы заявляли, что наши компании на этом рынке тоже могут участвовать и доля "Лукойла" сохранится за Россией, были переговоры. 

— Они не успели ничем завершиться.

Я думаю, что американское марионеточное правительство, котороевозникнет в Ираке, вряд ли будет с нами рассчитываться по долгам. Нам вообще там ничего при новом порядке не светит: Но есть и еще один аспект, связанный с рынками вооружения, которые очень политизированы. Сейчас на рынках оружия сталкиваются две державы сегодня, три точнее. Америка, Франция, Россия, и четвертая Китай. Американцы будут с позиции силы всем участникам, потребителям оружия на этом рынке диктовать свои вооружения. И, наконец, в-третьих, в отношении доллара... 

— Да, вот про доллар скажите.

— Здесь, пожалуй, самое уязвимое место у США. Ведь основой мощи США за последние 30 лет стало присвоение себе права печатать мировую резервную валюту. И практически колоссальные военные расходы сегодня США финансируются в решающей степени за счет печатного станка. На 80% американская денежная масса сформирована за счет эмиссии долларов в пользу американского правительства через покупку американских казначейских бумаг, а оплачивает все это дело весь мир. 

Мы поставляем нефть, газ, а американцы печатают доллары и финансируют войну. Так вот вопрос, если страны, которые хотят противодействовать США в стремлении махать дубинкой по всему миру в своих частных интересах, объединятся и подумают — какой ответ может быть предложен, то ответ на самом деле может быть только один — отказаться от использования доллара качестве мировой резервной валюты. 

undefined

— Вы считаете — это реалистично?

— Дело в том, что такие планы были уже. Европейцы ввели евро с долгосрочным прицелом. В том числе, высказывались со стороны ЕС предложения и о переходе на торговлю между Россией и Европой на евро и на рубли. Причем торговлю прежде всего энергоносителями, расчеты по которым до сих пор преимущественно ведутся в долларах. Японцы с китайцами планировали создать международный валютный фонд для Азии...

Разумеется, я не предлагаю в директивном порядке вернуть американцам их доллары. Речь идет о том, что международное сообщество, если оно хочет иметь справедливую международную экономическую и политическую систему, чтобы не допускать доминирования одной страны в качестве полицейского, которое произвольно бьет дубинкой по голове всех, кто ему не нравится, может установить финансово-экономическую справедливость. А что получается? США пристроили себе право имитировать мировую валюту и за счет нее финансировать свои военные расходы. Это означает, что это мы все, весь мир оплачиваем эту войну. Естественно, сделать такой серьезный поворот в международной финансовой системе можно только всем вместе — России, Европе, Китаю, Японии.

— Спасибо, это интересная идея. Только чтобы всем вместе, я боюсь, надо создавать очередную Организацию Объединенных Наций, так как предыдущая, кажется, не справилась с поставленной задачей или спасти предыдущую. Сергей Юрьевич, какие последствия этой войны будут краткосрочные и долгосрочные? Тем более, что этот год для России очень важен, это год выборов.

Краткосрочные мы, в принципе, уже обсудили. Это потеря шансов получить долги, это потеря иракского рынка, и это ухудшение нашей конкурентоспособности на рынках оружия прежде всего. А долгосрочные последствия связаны как раз с мировыми тенденциями в структурной перестройке глобальной экономики. Каждые 50 лет происходит резкий скачок цен на энергоносители, после этого наступает внедрение новейших технологий. И сегодня наступил именно такой этап. Война могла случиться сегодня, могла случиться через год, но есть глобальная закономерность, которая заключается в том, что мировая экономика находится сегодня в состоянии перенасыщенности устаревшими технологиями, нужен толчок для внедрения суммы новых технологий. И война, и эскалация напряженности привела к многократному росту цен на нефть. И повторяется то, что было уже в мировой истории — резкий скачок цен на нефть, в течение года-двух цены высокие, затем они опускаются, но эти год-два для мировой экономики сигнал, что необходимо внедрять новые технологии, необходимо брать кредиты для структурной перестройки экономики с тем, чтобы быть конкурентоспособным. И для нас повышение цен на нефть сегодня в разы означает тоже сигнал. Сигнал, что через несколько лет, когда мировая экономика войдет в новый технологический этап, и начнут внедряться новые технологии, позволяющие резко поднять экономическую эффективность, мы со своим устаревшим производственным аппаратом вообще окажемся на задворках мировой экономики. 

— Для нас цена на нефть — это наполняемость бюджета.

Наполняемость бюджета — это социальная сфера и зарплаты многих, многих миллионов наших с Вами сограждан. Осенью будут ли они получать зарплату, будет ли, исходя из этого, деньги на ЖКХ, отопительный сезон будет чем встретить следующий уже?

— Это будет зависеть от того, какие решения будут приниматься сегодня. Высокие цены на нефть — да, дают нам некоторую отдушину. Но они подрывают конкурентоспособность промышленности, сельского хозяйства, которое на современном технологическом уровне не в состоянии платить столь высокие цены на нефть, которые складываются на мировом рынке. Это означает, что стабилизация цен на нефть на более высоком уровне для большинства наших предприятий будет означать колоссальные потери и опускание в зону неконкурентоспособности.

— То есть мы все дальше, скажем, что тем самым мы закрепляем свое положение как сырьевой державы.

— Практически да, если в ближайшее время не предпримем резкий разворот экономической политики в сторону модернизации, в сторону внедрения новейших технологий, в сторону обновления основных фондов, то нас ждет действительно будущая сырьевая колония. Сделать это нужно сейчас, пока цены на нефть еще высокие, пока еще есть большие доходы и мы можем собрать ресурсы для того, чтобы поднять инвестиции и обеспечить внедрение современных технологий, которые у нас тоже, кстати, пока ещеесть.

— Для многих, которые с ужасом наблюдают телевизионную картинку как бомбят Ирак, это невольная проекция на нас. Потому что Ирак, если угодно, это маленькая копия российской армии, а Америка — это Америка.

Не обозначает ли это, что все наши сказки о собственной обороноспособности войной в Ираке в очередной раз развенчиваются?

— Я думаю, пока нас c Ираком все-таки нельзя сравнивать, потому что всегда есть орудия сдерживания...Не дай бог конечно, но все понимают, что Россия может дать ответ очень серьезный.

— То есть, по большому счету, от определения Маргарет Тэтчер Советского Союза как Верхней Вольты с атомным оружием мы передвинулись благодаря нашим нефтяным продажам к новому определению: Россия — это Ирак с атомной бомбой. 

— Это нас все-таки от Ирака принципиально отличает. 

— Спасибо большое, Сергей Юрьевич.